- 29 -
Бьорн и Верея пришли в Кливр когда солнце стояло уже высоко над землей.
- И где человек, которого мы должны встретить? - в который раз допытывался у девушки сын разбойника. - Это хоть мужчина или женщина? Старый или молодой?
- Не знаю, - отмахивалась Верея.
- Как же мы тогда поймем, что нам нужен именно этот человек, а не кто-то другой?
- Поймем.
Односложные ответы девушки и ее нежелание разговаривать начали надоедать Бьорну. Он рассчитывал на приятную беседу, но за всю ночь, пока шли по лесу, за все утро и большую часть дня травница лишь отмахивалась от своего спутника, словно от надоедливой мошки, и знай себе, топала вперед.
- Нам надо в столицу? - удивился Бьорн.
- Да.
- Почему?
- Потому что я там живу, и потому что именно там мы встретим нужного человека. Не думал же ты, что мы найдем его в лесу?
- Честно говоря, я думал, этим нужным человеком окажется твой Голик.
- Во-первых, он не мой, а во-вторых, я тебе уже говорила, что ничего страшного с ним не случится. Жив останется, выйдет из лесу, да к службе вернется.
- Больно ты умной стала, как погляжу, как с духами пообщалась.
- Я и была умной, - парировала девушка. - А тебя просто задевает, что я знаю о тебе больше, чем ты обо мне.
- Ничего ты не знаешь, - обиделся Бьорн. - Ты обычная травница и ничего из себя не представляешь.
- А ты сын разбойника, и представляешь собой еще меньше, чем я, хотя возомнил себя не знаю кем.
- Ничего я не возомнил.
Верея промолчала, только фыркнула, а Бьорн обиделся. Пусть Верея и разговаривала с лесными духами, и они рассказали ей, кто он, но она не знает о нем по сути ничего важного и никак не может утверждать, что он ничего из себя не представляет. Он представляет. У него есть предназначение, и предназначение это однозначно говорит, что он человек незаурядный. Разве это Верее предсказано убить главаря шайки разбойников? Убить Взметеня - это тебе не травку по лесам собирать, да с птичками разговаривать.
Бьорн прикусил губу и решил с девушкой не говорить. По крайней мере, до тех пор, пока не разрешится загадка с непонятным человеком, которого они должны встретить и который, судя по поведению Вереи, очень много значит. Но девушка, видимо, почувствовала обиду спутника и ободряюще тому улыбнулась.
- Не дуйся. Становишься на девчонку похож.
"Вот еще новости! На девчонку! Разве у девчонок бывают такие плечи и мускулы? Ничего ты в мужчинах не понимаешь, девочка!"
Бьорн сделал вид, что не расслышал и немного отстал. Пусть уж лучше впереди идет и молчит.
Сын разбойника никогда не был в Кливре, хотя много о нем слышал, и теперь с удивлением и радостью рассматривал все, мимо чего они проходили. И все, что Бьорн видел, ему нравилось: выложенная булыжником главная дорога, аккуратные домики, деловитые крестьяне, бодро шагающие к центральной площади, телеги, запряженные настоящими лошадьми, все было ему в диковинку, особенно лошади. В лесу у Взметеня лошадей не водилось, и когда отец грабил торговые караваны, животных либо отпускал, либо резал на шкуры. А здесь, в столице, вот они рядом - живые, теплые, фыркающие, пахнущие навозом и сахаром.
- Не отставай, - бросила через плечо Верея. - Уже скоро.
Чем ближе они подходили к центру города, тем меньше снега было на улицах и тем больше шума производили люди, да и людей становилось все больше и больше. Кто-то громко расхваливал свой товар, кто-то понукал лошадь, кто-то ругался с соседом, кто-то смеялся.
Вскоре они дошли до рынка - большой круглой площади с торговыми палатками. Здесь и вовсе было не протолкнуться, но зато отсюда можно было увидеть королевский замок.
Он находился на острове, отделенном от остального города рекой. Лытка рассказывал, что раньше река текла по иному руслу и не отделяла королевские территории от города, а всего лишь огибала дворец, вместо реки замок от города отделяла высокая каменная стена. Но отец нынешнего короля, король Гретир повелел снести стену, а вместо нее выкопать ров с таким расчетом, чтобы река окружила замок со всех сторон. Таким образом стена больше не мешала обзору и не портила вид на королевские башни и призамковые постройки от центра города - с той самой рыночной площади, где сейчас находились Верея и Бьорн.
Замок был красивым - аккуратным, со стрельчатыми окнами, некоторые из которых украшала мозаика, с балконами и растущими под крышами вечнозелеными растениями. Верея наверняка знала, как они называются, но Бьорн не стал спрашивать. Его внимание привлекла самая высокая башня с островерхой крышей, над которой развевался белый с золотым солнцем флаг Иллории.
- Вот бы посмотреть оттуда вниз, - улыбнулся Бьорн.
- Кто знает, - ответила травница. - Может, тебе и представится такая возможность. - Кстати, мы уже пришли.
Рыночная площадь была полна народа, но не так, как обычно это бывало в торговый день, и не так, как это бывало в день открытия ярмарки, а так, как не было никогда. Народа было столько, что казалось, если в центр толпы попытается протиснутся еще хотя бы один человек, кого-то точно раздавят. Люди стояли вплотную друг к другу, упирались друг в друга плечами, спинами и локтями, толкались, ругались, кричали и, что самое удивительное, двигались. Бьорн пригляделся, и заметил, что точка, к которой стремилась толпа, находится напротив, на противоположном конце рынка, народ медленно, но верно продвигается туда, а побывавшие там продираясь через ту же толпу, спешат вырваться из давки.
- Нам туда, - сказал Верея, и стала протискиваться сквозь толпу. Но далеко продвинуться ей не удалось.
- Ты что, с ума сошла? Раздавят!
Бьорн влез между двумя внушительного вида мужчинами, поднырнул под локоть толстой торговки, и оказался рядом с травницей.
- Нечего там делать.
- Правильно! Валите отсюда, не мешайте! - толстуха отпихнула Бьорна и продвинулась вперед на полкорпуса.
- А что здесь происходит? - поинтересовалась у нее Верея.
- Чего происходит, то и происходит. Нет, ну что за люди: лезут в толпу и не знают, зачем. Лотерея здесь происходит, не понятно что ли? Призы раздают.
- Призы? Это интересно. И что, всем желающим?
- Каждому по одному.
- И хорошие ли призы?
- Хорошие, - толстуха толкнула локтем лысого мужичонку и вновь продвинулась вперед. - Кому овцу, кому лошадь, кому шаль, разные призы. Никто обиженным не ушел.
- Тоже мне, лотерея, - Бьорн изо всех сил старался не отстать от Вереи и толстухи, и заметно вспотел. - Просто дают каждому желающему по подарку. Понятно теперь, почему такой ажиотаж.
- Эх, - вступил в разговор лысый мужичонка, которого отпихнула толстуха, - вот в Северной Рандории, слыхал, так каждый год делают. Оттого у них и нищих почти нет. Томко они не подарки раздают, а скот. Каждому по телку али молодой буренке. Вот бы и у нас каждый месяц так делать стали.
- Не станут, - отрезала толстуха. - Говорят, они лотерею не просто так затеяли. Говорят, коли кто вытащит красный билетик, тому голову отрубят.
- Это зачем же? - ахнул лысый.
- А затем. Говорят, какого-то преступника ищут. Убивца. И найти никак не могут. Вот королевский маг, значит, и посоветовал - лотерею провести, да красный билетик положить. Кто вытащит - тот и убивец.
- Ну вас! - махнул рукой лысый. - Сплетни-то слушать!
- Не сплетни энто. Как ближе подойдем, сам увидишь, там уж и министр наготове стоит. Как кто красный билетик вытащит, так он того под белы рученьки в темницу и уведет. А потом голову отрубит.
- А чего ж толпа такая?
- Так подарок всем хочется получить - лошадь, к примеру, даром нигде не найдешь. А красный билетик… так он один всего, а билетов там целый мешок. Авось пронесет. К тому ж, королевский маг сказал, что красный билетик только преступник вытащит, вот никто и не боится.
Бьорн с тревогой посмотрел на Верею, но девушка, казалось, не слышала разговора, она пробиралась все дальше и дальше, и сыну разбойника пришлось приложить некоторые усилия, чтобы поравняться с ней.
- А ну, признавайся, чего тебе духи сказали? Я должен тот красный билетик вытащить?
- Ну чего ты пристал? Сплетен испугался? Так не слушай никого. Обычная лотерея это. Из Северной Рандории посол недавно приезжал, рассказал об этом обычае, вот король и решил опыт перенять. Чего бояться? Да ты не стой! Двигайся! А то билетов не достанется.
- Ну, смотри. Если меня по твоей милости жизни лишат…
Бьорн остановился и присел:
- На шею мне садись, так быстрее получится.
Верея улыбнулась, и в глазах ее сверкнули живые искорки. Она положила ладони на голову молодого человека, наступила ему на бедро и спустя мгновение уже сидела на плечах сына разбойника.
- Держись крепче. Только постарайся не сделать меня лысым.
Бьорн, придерживая Верею за щиколотки, стал пробираться через толпу.
- Пропустите! Дорогу! Дорогу! - кричал он и шел вперед.
- Левее, - командовала сверху травница. - Вон того рыжего обойди. Так. Еще немного. Еще чуть-чуть!
Бьорн сделал последнее усилие и оказался перед небольшим деревянным помостом на котором стоял молодцеватый усатый человек в ярко-красном кафтане с золотыми пуговицами. Рядом с человеком стояли две огромные дубовые бочки. В боку одной было проделано круглое отверстие, а вторая была целой, только без крышки. Правой рукой краснокафтанный отпихивал от себя желающих достать из бочки лишний билетик, а в левой держал гусиное перо. Этим пером он делал отметки на лбах тех, кто вытаскивал из бочки бумажку, чтобы они не могли получить выигрыш дважды.
- Куды прешь! - периодически кричал он. - А ну в очередь! Ты! Чего лоб платком прикрыл, а ну снимай! Ах, паскуда! Ты уже получил свое! Пшел вон! Гоните этого в синем!
И толпа выталкивала обманщика наружу.
Чуть в стороне на том же помосте было установлено кресло, в нем сидел седовласый старик в богатых одеждах. Уголки рта его были опущены, и сам он выглядел усталым и грустным, однако глаза его сверкали совсем как у молодого человека. Он внимательно следил за происходящим, но не вмешивался.
- Это министр, - шепнула Бьорну Верея. - Опусти меня.
Бьорн присел, и травница спустилась на землю.
Перед ней из бочки вытащил билет темноволосый мальчишка, лет десяти. Некоторое время он непонимающе смотрел на бумажку, потом передал ее краснокафтанному.
- Петух, - прочитал тот, разорвал бумажку на две части и бросил в бочку без крышки. Потом потянулся к мальчишке и написал на его лбу наименование приза.
- Несмываемые чернила, - предупредил он. - Сами исчезнут, когда петуха получишь.
Мальчишка обнажил щербатый рот и, насвистывая, стал протискиваться сквозь толпу.
- А где выигрыш-то дают? - полюбопытствовала толстуха.
Оказывается все это время она шла за Бьорном и теперь оказалась прямо позади него.
- На площади завтра выдавать будут, - краснокафтанный кивнул Верее. - Ну, чего замерла? Тяни!
Верея вытащила из бочки "билет" и развернула. Бьорн увидел, как дрожат пальцы девушки и немало удивился.
- Ты боишься? - шепнул он ей на ухо.
Верея дернула плечом и развернула бумажку.
- Походная сумка, - произнесла она.
Краснокафтанный потянулся гусиным пером ко лбу Верее, но та неожиданно присела и толкнула Бьорна вперед.
- Тяни! - велела она.
- Кто без пометки, ничего не получит! - прокричал распорядитель лотереи, но Верея, поднявшись, встала за спиной молодого человека и явно не торопилась получить свой выигрыш.
Бьорн протянул руку к бочке и вытащил оттуда бумажку. Он развернул ее и не сразу понял, что произошло - прямо из бумажки неожиданно полетели красные искры. Они взлетели высоко в небо и там взорвались огромными огненными цветами.
Толпа пришла в движение, послышались вздохи, крики, одни явно выражали довольство тем, что красная бумажка обнаружена и им больше ничто не угрожает, другие сочувственно вздыхали, глядя на молодого парня, которому так не повезло.
Министр поднялся со своего кресла и быстро подошел к краю помоста.
- Пойдем со мной, - велел он таким тоном, что Бьорн даже не подумал ослушаться. Он просто оглянулся на Верею, которая виновато смотрела на него из толпы, и покачал головой.
